Поиск



Авторизация




Нас считают






санкт-петербург


Неожиданно стало холодно. Еще только вчера было каких-то «минус пять», как, уже, проснувшись и сразу (не завтракая и не умываясь, а быстро накинув треники и куртку) выйдя на улицу, он чуть не отморозил крайнюю плоть. Забыл зашить штаны между ног. Ветер хлестал по самому дорогому, по самому чувствительному и больному месту. По яйцам...
Ветер. Ледяной ветер Питера промораживал до костей. «Какие-тут дети?» - подумалось нечаянно. Все потенциальные дети насмерть перемерзли вместе с несчастными яйцами, которые оба, вопреки пословице, были положены в одну корзину дырявых штанов.
Володька шел по улице, было девять утра и тело требовало немедленного опохмела, который как обычно грозил перерасти в новую пьянку. Достав пачку «Луча» из кармана треников, Владимир со смаком закурил и тут же, издав привычное «хххххрррррр!», густо сплюнул зелеными соплями на читстый снег. Он шел в магазин. Ему было 50 на вид(из-за плеши и длинной бороды топором), по паспорту- сорок, а в душе- все двадцать пять(потому что хуй стоял).






Обычный, среднего роста, низколобый мужик, с носом картошкой, и огромным, лягушачьим ртом, который впрочем, не выделялся на фоне огромных лопоухих ушей, всегда чем-то привлекал баб. У него не было ни денег, ни работы, ни постоянного жилья, ни банального чувства юмора, но женщины к нему так и тянулись. Володька и сам не знал почему.


-Малышку столичной! – кивнул он знакомой продавщице. – И презерватив! – добавил он, когда та уже дала ему шкалик, увидев за окном магазина знакомую бабищу, которая искала в урне пустые бутылки. Вообще сегодня как раз был понедельник, день в который он обычно имел половые контакты с половозрелыми женщинами. «Сегодня не будет исключением!» - сразу, лишь только увидев знакомую, подумал Володька. Убрав покупки в карман, он поспешил выйти на улицу, чтобы поприветствовать подругу:
- Зина, привет! – так незатейливо начал он разводить её на еблю. Она обернулась и, он понял, что обознался. Эта была старше Зины лет на пять. – Извините, я ошибся! – сразу добавил он.
-Да ничего, угости сигаретой, пожалуйста! - ответила баба. Она была тощей, словно голодала уже много дней подряд и, от этого, у Володьки немного привстал.
-Погреться не желаешь? – совершенно по-джентельменски спросил он, прикуривая её «Луч!» и увидев, что дама вся дрожит.
-Неплохо бы! А где?
Он поманил её пальцем и что-то долго шептал на ухо, после чего она посмотрела на него снизу-вверх и кивнула. Они шли к нему, а в это время из-за крыши ближайшего девятиэтажного дома показалось солнце. Это было его первое появление за месяц. Володька обрадовался, подумав «Это определенно хороший знак!»...

Они вошли в комнату, которую Владимир снимал в коммуналке, и с первого взгляда было видно, что хозяин не очень следит за жилищем. В углах потолка была паутина, а на полу во множестве лежали комки скатавшейся пыли. По всему периметру валялись кучи пустых пивных и водочных бутылок, среди которых преобладали бутылки из-под «Охоты крепкой».
-Я это заберу потом, а? – нежно пропела Зина и Володя не смог удержаться:
-Конечно, бери! – сказал он и поцеловал свою новую знакомую взасос. Как умел. Он вложил в этот поцелуй все свои навыки, как бы говоря: «Раздевайся и ложись на кровать». Вообще, ему было все равно где производить половой акт, но из мебели, кроме шкафа, комода и стола, в его комнате была лишь она. Вообще-то, он ничего не имел и против секса на неоднократно заблеванном ковре, но как можно заниматься сексом на полу, когда есть кровать?

После долгих ласк они встали, не прекращая взаимодействия языков. Начали раздеваться. В тот момент, когда Зина уже собиралась снять свои шерстяные колготки и оттянула их резинку, Володьке не понравился запах, который накрыл его с головой. Конечно же, запах шел из колгот его новоиспеченной партнерши. Владимир предложил:
-Может, сделаем это в ванной?
-Почему нет? – просто ответила Зинаида, и они направились к месту будущей поебки.

Войдя в ванную, они, не прекращая ласк, стали раздевать друг друга. У Володьки слезились глаза от острого запаха, идущего из лобковой области его сегодняшней спутницы, но он терпел, ведь понедельник- день поебки. Когда они разделись, Владимир обратил внимание на Зинину грудь: при её худобе, сиськи были чрезвычайно большими и смотрелись просто дико на фоне очень узкой талии. У него мигом встал, а Зинаида, не мешкая, взяла его за член и затащила под душ. Потоки теплой воды ласкали его так промерзшие на улице яйца, что он даже не сразу заметил что девушка делает ему минет, который оказался горловым, долгим, классным, да, к тому же с проглотом. Но что-то было не так. Он заметил это по тому, что она не плевала на его залупу, а окончательно все понял он лишь тогда, когда Зина, высморкавшись в пальцы и размазав свои прозрачные сопли по его агрегату, доминетив его до оргазма и проглотив, томно сказала:
-Твоя очередь! – и встала с колен, давя руками на его плечи, а, когда он опустился, окунула его лицо в свою дурно пахнущую паховую область. Володька едва мог дышать. Все его половые акты, как правило начинались с помывки и лишь потом начиналась ебля, Зина же была исключением. Он не знал, специально ли она его травила, или нет, но интуитивно чувствовал: «отступать некуда». Уткнувшись в её до безобразия пушистый лобок, напоминавший шубу, которую он купил на годовщину бывшей жене, Володька принялся ворочать языком во все стороны: «Север, юг, запад, восток, север, юг, запад, восток...» думал он, планируя направление движения. Зина стонала, а потом резко кончила и оттолкнула его лицо от своей щели. Закончив дергаться, она повернулась к нему спиной и села прямо жопой на его рот.
-Лизни мне попку! – игриво заявила обладательница самых шикарных ягодиц, которые видел Володя. Ягодицы были просто невъебенные, но из очка этой бабы воняло как из деревенской параши. «Раз решил идти до конца - значит иду!». Таков был принцип жизни Владимира. Он никогда не бросал начатое на полпути. Будь то бутылка пива или ебля. Он всегда выполнял свой план на день и если план был выжрать литр водки он его выжирал, а если был план ебать бабу, он её ёб до конца. Так и сейчас, он пригубил водки, купленной этой ночью и предусмотрительно взятой в ванную, и немного плеснув на грязное очко своей сегодняшней женщины начал его обрабатывать с большим энтузиазмом. Под струями душа, говно скопившееся на её прианусных областях размякло и стекало ему в рот. Во имя ебли он решил терпеть все и просто запивал говно водкой. Неожиданно из Зининого анала полезло говно. Оно было правильной формы, но Володька не стал его есть, а просто дернул и выкинул на пол.

«Пора гандон одеть!» - решил Владимир в конце третьего «хоккейного» периода предварительных ласк. С такими мыслями он натянул презерватив и подчерпнув кашеобразного подругиного говна членом, используя его как смазку всадил ей член в анал. Почему именно туда?
Он видел что влагалище у неё уж очень разболтанно, а для его тонкого и длинного члена кишечник был всегда идеален.
-Что ты делаешь? – попробовала возмутиться Зина, но Володя крепко держал её за бедра и ничего не отвечал. Он наконец-то получал кайф, он снова был молод. Как когда-то, живя в общаге. Он жил, и в этой жизни ему виделось еще много скрытых вещей. Касающихся секса и нет. Приносящих мало или много удовольствия, телесного или духовного. Ему было сорок, и вся жизнь была впереди. Главное: чтобы завтра возвращающаяся, ничего не узнала жена.

Волшебное влагалище


Звонок в дверь прозвучал прозвучал не вовремя. Я редактировал диссертацию товарища, озаглавленную так: «Мастурбация и шизофрения как элементы поэтического мышления лихих 90-х в контексте среднерусского андеграунда». Дисер был так себе, не особо увлекательный, поэтому можно сказать, что позвонили-то как раз вовремя.
Накинув сальный халатец, густо посыпанный сигаретным пеплом, я направился к двери. Пока я путался в тапочках, позвонили снова. Вот же какие нетерпеливые. Ну да ладно – может, и случилось чего, пожар там или выпал кто из окна. Дом у нас весёлый, дружный.
На пороге стояла тётя Люда. В глазах – привычный вопрос. Глаза, разумеется, виноватые, поскольку в курсе моя блудливая соседка: с шести до десяти вечера я работаю. Всегда, то есть и сегодня тоже. Кстати, я всех соседок называю тётями, даже тех, кто помоложе меня. А Людка лет на десять меня помоложе. Двадцать ей с хвостиком.
Глаза у Люды хоть и виноватые, но игривые. Эх, голубоглазая моя конфеточка. Девка фигуристая, но туповатая. Она в школе училкой работает, русский язык преподает. Ну вы понимаете, в лицо я ей никогда такого не скажу, ибо куртуазен я до крайности. Да и пользую иногда Людочку в качестве корректора. Бесплатного, бесплатного. Приходится, конечно, за опечатки ей трубы прочищать, но это справедливо.

— Чего тебе? – хмуро так говорю, чтоб губы не раскатывала. – Занят я. Дисер товарища вычитываю. Он про симулякры не догоняет...
— Приходи в гости. Сегодня так одиноко... Я купила пива немецкого.
И глазками так стрельнула!.. Да и груди аж прилипли к футболочке – в обтяжку, в обтяжку футболочка. А вы как думали. Если Людка в дверь позвонила, – не отвертишься. Точно говорю: секс-киборг. Неутомимое дитя порока. Такое родное и милое, – когда раз месяц, не чаще... Ладно, чёрт с этим товарищем, пусть сам ковыряется в своих шизофренических маргиналах... Хотя нет. Нельзя так: мы с корешем знакомы с предавних времен – с самого что ни есть детства.
— А ты дашь поговорить с волшебницей? Мне ведь врать придётся товарищу, если подведу... Так хоть будет за что краснеть...
Морщится Люда. Не любит, когда волшебную дырочку всуе поминаю. Дело в том, что у нее под левой мышкой есть потайное влагалище. Натуральное такое влагалище, только говорящее. Про него только мы с Людкой и знаем.
— Дам, – продолжает кривить губки, – но тогда тебе придётся потрудиться как следует. Понимаешь? Как следует, до утра... Идёт?
— Буду через двадцать минут, – сказал я и захлопнул дверь.
Побрился, принял душ, выключил свет и поднялся на пятый этаж. Живу я на четвертом, так что как был, так и поднялся – в тапочках и халате. А что? Все равно раздеваться. Да и запросто у нас всё с Людкой – по-соседски.
Людка улыбалась до ушей. Как же – мужика заполучила. Не соврала училка: на кухне пузатился бочонок немецкого пивка, и тихо шуршал кислотный джазец. Торшерчик светил еле-еле, интимно так полумраки гонял по комнате. Всё, как я люблю.
— Ну что, – говорю, – давай сюда волшебницу! Остальное потом.
Футболку Людку стянула, аж заблестела вся, и подняла левую руку. Я не будь дураком тут же соски-то и облизал – как будто мимоходом, невзначай.
— Запускай! – повышаю голос – Запускай, стерва!
Не стала Людка ломаться да кокетничать, замурлыкала под нос,:
— На острове Буяне стоит дуб, под дубом тем живут семь старцев... черных муравьев топорами рубят... Откройся око бесовское, да не гневайся... Правду яви.
Хлюп! Сочно так хлюпнуло у Людки под мышкой. И открылось влагалище волшебное.
— Спрашивай, – голос из дырки пошел хриплый, неприятный. В прошлый раз женский звучал, – тот был помелодичнее. Видимо, демоны в этом волшебном устройстве вахтовым методом трудятся.
— Защитит Колян дисер? Понимаешь, в лом мне его вычитывать... Он в симулякрах совсем не сечёт... Так сумеет он без моих напрягов обойтись? Или читать придётся по-любому?
— Когда защита? – спросил демон.
Ну это понятно: разговор хочет затянуть. Ему во влагалище, наверное, и поговорить не с кем. А то он сам не знает, когда у другана защита.
— В мае, – говорю, – через полгода.
Демон начал кряхтеть и сопеть. Пока он там ковырялся, я Людку мощно так поцеловал – взасос. А чего время терять?
Подмышка прокашлялась.
— По-любому не читай. Колян твой через три месяца повесится.
Ни фига себе! Что ж такое творится, граждане!
— Как остановить?! – кричу.
— Сейчас не могу ответить, – в голосе мелькнуло самодовольство... властью бесовской упивается черт поганый. – Сам знаешь: один сеанс – одно предсказание. Завтра приходи.
И заржала диким хохотом подмышка.
Побледнела Людка, а волшебное влагалище захлопнулось. Хлюп!
Настроение, сами понимаете, к дальнейшему не располагало. Какое там пиво после новостей сногсшибательных... Да и джаз кислотный зазвучал тревожно, нервно. Про это самое я и не говорю. Тесно мне стало на кухне сумеречной.
— Не.. Давай ты до завтра потерпишь. Сама всё слышала...
Глаза Людкины кровью налились, ну или мочой, в кухонных сумраках не разглядел я. В общем, злобой сверкнули глазищи.
— Значит так... козел... Будешь приходить ко мне каждый вечер в течение месяца. И чтобы старался, не филонил! Чтобы полностью выкладывался!.. – и добавила, хихикнув: — А через месяц поглядим.
— Люд, может завтра начнем?..
— Трахай так, чтоб я по-сучьи взвыла! – завизжала Людка и бросилась в спальню, раздеваясь на бегу.
Ну всё. Попал. А что делать? Вы бы как поступили? Товарищ в опасности. На дороге лишние товарищи не валяются, тем более – друзья со школы. Отступать нельзя.
Хорошо хоть, замуж не тащит. Ведьма глазастая. Ну ладно... Я ее не осуждаю.
Редкой бабе такое счастье привалит.



 


Просмотров: 1603 | Комментариев: 1
 

Похожие новости:
  • Как я ходил в редакцию
  • Истории
  • Как мы хуй ваяли
  • В первый раз
  • О Люське Лаптевой (нормальной тёлке)
  • Шалун
  • Убить двух зайцев
  • Первая женщина Ромы
  • Голый король!
  • Анекдоты.



  • serjio18  #1   18 декабря 2009 05:06   Комментариев :308   


    Группа: Посетители
    Комментариев: 308
    Публикаций: 0

    На Чукотке с: 3.11.2009
    Статус: Пользователь offline


    Ему было 50 на вид(из-за плеши и длинной бороды топором), по паспорту- сорок, а в душе- все двадцать пять(потому что х@й стоял) rofl


    --------------------
       
     
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
    Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.

    © 2005 - 2016 - Chukcha.net