Поиск



Авторизация




Нас считают






санкт-петербург

Истории


25 августа 2010 | Истории

Взмах крыла бабочки

- Костные крошки подобно бритвам вонзились в возникший кровавый отёк...

Я очнулся и открыл глаза. В полуметре от меня маячило незнакомое очкастое ебло в очках и марлевой повязке на нижней своей части. Судя по моим ощущениям, это ебло занималось тем, что накладывало мне швы на подбородок без анастезии, попутно упражняясь в вокале:
- Удивленные взгляды нарядных школьниц, возмущенных видом косы... О, пациент пришел в себя, здравствуйте, не дергайтесь, последний шовчик... тэкс, вот и всё. Как себя чувствуете, больной?
- Как будто опоссум покусал - сказал я, вызвав этой репликой охуенно уважительный взгляд из-за очков и добавил на всякий случай, чтоб этот панк с медицинским дипломом мою почку не продал никому: - Лаэртский жжот. После чего со спокойной совестью отключился снова.

Последующие две недели проходят в размышлениях о том, как мелкие, незаметные события влияют на жизнь человеческую, благо что времени поразмышлять предостаточно, да и материала для анализа на соседних койках - как говна за баней. Вон у окна сопалатник Витя - сюда его привела совокупность алкогольного опьянения, помада на воротничке рубашки и трусах, и то, что на кухне жена котлетки жарила в бабушкиной чугунной сковородке в ожидании Годо... Хуяк, и уже везут нетрезвого Годо под завывание сирен, а врачи репу чешут - то ли его в ожоговое класть, то ли в травму.

Или вообще в челюстно-лицевом отделении оставить, потому что нервно почесывающая отрастающие рога о потолок кухни супруга успела накормить благоверного на раз-два, пока скорая ехала. Котлетку в пытающуюся оправдаться окровавленную пасть - делай раз. Сковородкой по ебальничку, чтоб глоталось легче - делай два. Когда еще домашнего поест, да и котлеты всё равно по полу рассыпались, не выкидывать же добро. Лежит теперь грустный, на автомобильный манекен после краш-теста похожий. А если бы жена хлебушек резала в тот момент? Лежал бы Витя в морге, а напомаженые трусы валялись бы в сейфе прокурорского следователя, упакованые в опечатаный полиэтиленовый пакет. Так что Витина персональная бабочка махнула крылом не слишком сильно, без летального, так сказать, результата.

Рядом со мной Вася, тот на мотоцикле девку сбил в деревне, нехило наебнулся сам, пролетев пенопластовым коршуном над навозной кучей и получив при посадке какой-то очень хитрый вывих колена. Катька, его потерпевшая отдыхала за стенкой в женской палате, с ногой, закованой в гипс по нижние лобковые волосы, по вечерам она приходила поебать Васе мозги насчет того, что после суда он ей будет выплачивать компенсацию за сломанную ногу, потом уходила бухать и ебаться на лестнице между этажами, за что и была досрочно выписана из больницы. Ее и Васина бабочки старались, не покладая крыльев, чтобы эти персонажи встретились на узкой дорожке - там были и заклинивший тросик газа, и закончившийся одновременно в двух компаниях самогон и модные Катькины стринги, которые она резко тормознулась поправить именно в тот момент, когда отважный мотоциклист летел на потерявшем управление истребителе-спарке производства Ирбитского завода. Еще у нас в палате был пассажир с диагнозом "Укушенная рана полового члена", но мы с ним общаться брезговали, потому что по сведениям медперсонала, кусало его существо, слабо предназначенное для минета, зато способное усваивать курсы ОКД и ЗКС. Из-за недостаточной информации так и осталось неясным - то ли сам пассажир чрезвычайно редкостный долбоёб, то ли бабочка его судьбы испытывала сильную идиосинкразию к своему подопечному.

Впрочем, была еще одна пациентка, Мария, по внешнему виду которой нельзя было определить диагноз. Гипса и повязок на конечностях нет, внешне абсолютно здоровый человек, с головой, как выяснилось при общении, тоже всё нормально. Не слишком искушенный в медицинских премудростях, но неплохо подкованный в других областях бытия, я мысленно предположил, что сотрясти мозг без внешне заметных повреждений можно, например, с помощью носка, туго набитого песком, или еще примерно пятьюдесятью способами, но спрашивать прямо не решился. Нас с ней сблизила любовь к кофе и сигаретам, которые мы оба истребляли в промышленных количествах. К тому же она была немного младше меня, обладала хорошей спортивной фигурой и приятным лицом, чем выгодно отличалась от остальных пациенток, которые имели либо нехуёвые гипсовые довески, либо их отправляли в травму при помощи ударов твердыми тупыми предметами по лицу, лишая природной красоты и сексуальности. Как мне кажется, мужики бьют своих спутниц жизни, чтоб те им в больнице не изменяли. Ну, типа, чтоб машину не угнали - возьми молоток и захуячь этим молотком по крылу или по капоту, какой дурак на такую машину позарится? Всё-таки много умных мыслей приходят в больнице в сотрясенный не в первый раз мозг. Об этом мы с Машей и беседовали в ночь перед моей выпиской, с кружками кофе в руках и с сигаретами в зубах. Отделение уже погрузилось в сонную тишину, лишь периодически зассанцы и зассанки ковыляли, кто как умел, в сортир, да тренькал телефон на посту.

Оба уже клевали носом, сигареты были докурены, кружки пусты, пора было расходиться. И тут Маша как-то странно попрощалась:
- Надо спать идти, опять всю ночь зубами скрипеть буду.
Я всегда считал себя охуительным знатоком женщин, но две недели приема прописаного доктором-панком феназепама сделали своё черное дело и я вытянул ручной тормоз у ЗиЛ-130 на все шесть щелчков:
- Слушай, Маха, если зубами во сне скрипишь - это либо почки либо глисты. Ты бы проверилась, это дело серьёзное.
И я с чувством выполненного долга пошел спать, закинувшись очередной таблеткой на сон грядущий. Минут через десять приходит смс: "Мудак, я зубами скриплю, потому что ебаться хочу. Нет у меня никаких глистов!". Я сел на кровати и озадаченно почесал репу - швы накануне сняли, чеши - не хочу.
- Ишь ты, ебаться она хочет. Ебаться? Ебаться?! Да, наверное я мудак. Мой хуй, полмесяца пролежавший свернувшись калачиком в трусах и выбиравшийся оттуда только "на поссать", внезапно оживился и подтвердил: "Да, хозяин, ты и вправду мудак". Мозг лихорадочно искал варианты реабилитации меня в частности и всего мужского поголовья в целом. В палате? Без вариантов, тут еще три кабана, которые только уснули, и если на сообразительность и порядочность Васи и Вити я еще мог как-то рассчитывать, то от укушенного в хуй собственной собакой можно ожидать чего угодно. Да и ссыкотно голой жопой сверкать, когда в пяти метрах от сексодрома будет находиться подобный субъект, причем непривязанный и без кляпа в пасти. Просачиваться к ней в палату? Тоже хорошего мало, там две бабки и женщина с ребенком. На лестнице? Не пионеры вроде по-трезвяку на лестнице... Я оттянул трусы и посмотрел на хуй. Он оживленно топорщился в свете ночного освещения и жалобно смотрел на меня своим единственным глазом, моля: "Хозяин, ну ты же большой и умный, придумай что-нибудь!". Заскрипев зубами от досады, я натянул пижамные штаны, замаскировал резинкой трусов рвущегося в бой младшего брата и пошел курить.

Проходя мимо отделенческой столовой, я толкнул дверь плечом. Открыто, и ключ торчит изнутри в замке. Попытался закрыться изнутри - получилось закрыться на один оборот, и то только тогда, когда навалился на дверь всем весом. Теперь понятно, почему ее не закрывают, на двери краски слоёв десять, не меньше. Меню-сообщения-входящие-ответить: "Иди в столовую". Пока подготовим плацдарм. Стулья отодвинем от стола. Света, падающего в окно от луны, вполне достаточно, чтобы не громыхнуть ненароком. Легкие шаги в тишине. Втаскиваю ее внутрь и дверь на ключ. Стол хороший, массивный и не скрипит. Спортивные штаны с нее долой. Свои только приспустим, не до жиру. Резинка. Молодец, предусмотрительная, мой НЗ в бумажнике под подушкой. Одноглазый, твой выход. Ночь. Луна. Стол. Радостное чувство выздоровления и силы. Как будто проснулся после долгого сна. Долгого. Долго. Что-то долго. Ёбаный феназепам. Маша тихо, по-воровски, стонет, зажимая рот рукой. Позу не сменить, условия не позволяют. Расслабиться полностью не получается - уши как будто вывернулись на затылок и контролируют коридор. Хуй живет своей жизнью. Одноглазый, давай! Быстрее, иначе вытащу, положу на стол и ёбну по тебе тапком! Одноглазый наконец-то даёт стране угля, мелкого, но много. Ффух, хорошо. Ноги подрагивают. Снимаю презерватив, в воздухе резко разносится запах бананов. Неожиданно для самого себя шлёпаю им Машу по обнаженному бедру и тихонько кричу, как в рекламе: "Теперь банановый!". Всё-таки я точно мудак. Откуда, из каких глубин мозга всплыл этот слоган, я ж зомбоящик включаю только для того, чтобы на ДВД переключить? Маша остолбенело смотрит на меня, потом начинает смеяться. Я тоже. Смеемся тихо, чтоб никто не услышал. Потом идем курить и молча расходимся по палатам. Всё спокойно, спит травматология, включая дежурную медсестру.

А наутро меня выписали. С Машей я потом встречался, но это уже другая история, другой взмах крыла моей бабочки.
Про вред и пользу инторнетоф

Прочетал йа давеча в инторнете, што мол в Ипонии есть такая нихуево дорогая услуга — вывозиш пиздаглазую телачьку на озеро в лодке, притапливаешь ее башкой в озеро, а сам пердолиш потиху. У нийо, значицо, спазмы в пейлотке случаюцо, када задыхаецо — а это есть ниибически кайфово.
Ну, я блять думаю: «Нахуй мне это? Дорого да ишшо и в Ипонии». Пашол к Люське со второво ытажа, телачька нармальная, глазки раскосые, миниатюрная што твая ипонка, тока што сиське маленькее. Я к ней званю, мол, так вот и так, такая хуйня. Имею к вам, подруга, самое што нинаесть придлажение, в ипонскам стиле так сказать. С меня портвейн и писят вечназеланых американских бумажек плюс низабываемый опыт. Ну, а мне, значиццо, все астальное, што в сухом (бгг, ну или мокром) астатке. На том и парешыли.

Тяпнули у нее на кухне по стаканчику партвейну, так сказать, для затравки, да пошла Люська пириадивацо в антуражное аблачение. Я куртку притаранил свою самбисцкую — ей в аккурат как халат ипонский — кимано, волосы она тожэ мамкиными спицами для вязания заколола, и вьитнамки адела, зеленые на белые наски — все как у ипонцыф. Ну, озера, та панятна, хуй где найдеш. Решыли ванную набрать да и все дела.

Зашли на плацдарм, я ей значицо и гаварю: «Хаджимэ!» — это по ипонски «Станавись ракам». Упер я Люську в стенку рукаме, мордой к воде, да и заправил ей как положено. Процесс, так сказать, в процессе, Люська, значицо, подмахивает — все путём, пора, стало быть, переходить к самаму атветсвтеннаму маменту, из-за которово весь сыр бор. Беру я Люську за спицы в валасах (а удобна, блять!) и макаю ее башкой аккурат в ванну. И в этат, бля сцука, мамент, праисходит татальный пиздец вселенскава масштаба. А, надабна сказать, што ванная у Люськи махонькая, и дверь из нее выходит прямо на дверь входную. Такой вот изыск савецкай планирофки. И вот толька я макнул Люську в воду, аткрываецо вхадная дверь и заваливает Люськина маман — Розалинда Петровна. А Розалинда Петровна, скажу я вам, это блять не хуй сабачий с присвистом — центнер жывово весу, и это посрамши! Барадафка над глазам и красивые жиденькие волосики в каре как блять у Матильды из Леона — знойная жэнщина, стало быть, с убойным прямым справа. Ну и бля картина маслам: заходит мадам дамой после тяжелово трудовово дня у прилавка меснава гастранома, а ее кровинушку голый хмырь топит в ванной и при этом пердолит на всю катушку, весело похлопывая яйцами по оттопыреной заднице. Я блйо от зрелища ее перекошеново ибла начал орудовать ишшо ярасней, а Люська, не наблюдая сваю маман, тоже знай жопой виляет — мол нравиццо ей ниибически.

Тут Розалинда как заарет: «Ты што твариш, сцука?!» (а эта, нада сказать, всеравно што рядом с гудком буксира постоять, на мамент отхода от причала). Ды хвать меня за левую руку и давай оттаскивать ат Люськинай жеппы, а Люська-то кокраз задыхаццо начала. И тут у меня вазникла бля дилемма — либа палучить оплоченый кайф, либа палучить ниибических пейсдоф сей секунд…

Но все, бля, разрешылась само сабой — Разалинда Питровна, штоп ей так жыть, вытащила миня из ваннай, но, блять, пацскальзнулась и села на жеппу, патащиф меня за сабой. Я жэ в сваю очередь патащил Люську из ваннай, каторая нивкакую с хуя слезать не хатела. Вот у нас и палучилась летка-енька, блиать — сзади Розамунда Питровна держыт миня, посередке, значиццо, йа самым што нинаесть нагишом, а спереди у меня на хую Люська в мокрам «кимане», белыхъ насках и зеленых въитнамках… И што примечательна — у меня кайфа, блять, ужэ никакова, а Люська самым наглым образам канчает, да еще приохивая и приахивая!

Карочи, ниудобная ситуация вышла.
Розалинде Петровне потом пришлось за стрэсс еще бутылку портвейна проставить. Так после этой бутылки она начала мне глазки, блйо, строить. Вы вот прецставляете, што вам центнер желе с хорошим ударом справа начинает строить глазки? Тото жэ.
После этово я решыл — ну ево нахуй эти инторнетовские опыты. Лучшэ я по старинке в койке, или на прероде там, с мурашами. А пейздоглазые эти дела побоку.
Такая вот исторейа



 


Просмотров: 2934 | Комментариев: 1
 

Похожие новости:
  • По ком звонит анальный шарик
  • Рыбалка
  • Истории
  • Истории
  • Ролевые игры
  • О Люське Лаптевой (нормальной тёлке)
  • Не жду
  • Подборка прикольных анекдотов!
  • Подборка анекдотов вторника!
  • Пути господни!



  • mufkaaaa  #1   25 августа 2010 19:06   Комментариев :2095   


    Группа: Посетители
    Комментариев: 2095
    Публикаций: 0

    На Чукотке с: 12.12.2009
    Статус: Пользователь offline


    Про Люську впечатлило... fuck
       
     
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
    Пожалуйста, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.

    © 2005 - 2016 - Chukcha.net